Европейский союз переработал первоначальную версию запрета на въезд для российских военнослужащих: теперь предложение ограничивается краткосрочными визами и касается только тех, кто непосредственно принимал участие в боевых действиях в Украине.
Первоначальная инициатива была значительно шире и охватывала всех, причастных к российской армии, включая административный и тыловой персонал. В изначальном варианте предполагалось, что заявитель считается причастным к боевым действиям, если не докажет обратное; пересмотренная версия отказалась от этой презумпции.
Одновременно расширен перечень исключений: помимо статуса диссидента или перебежчика допускается въезд или транзит по гуманитарным причинам, в интересах государства или в рамках международных обязательств. В таких случаях виза будет действовать только на территории страны ЕС, которая её выдала.
Претензии Франции и Италии
Франция и Италия выступили против полного запрета, настаивая, что подобные ограничения должны регулироваться визовой политикой, а не санкциями. Они указывали на практические сложности при обработке большого числа заявлений на визы и на действующий в России обязательный призыв мужчин в возрасте от 18 до 30 лет.
Разногласия внутри ЕС
Чтобы учесть озабоченности Франции и Италии, председательствующая страна предложила смягчить условия запрета. В то же время страны Северной и Восточной Европы выражают обеспокоенность возможным ростом выдачи туристических виз россиянам и выступают за более жёсткие меры.
Официальных оценок числа людей, которых затронет запрет, пока нет. Предложение планируется включить в 21‑й пакет санкций ЕС против России; принятие ожидается в середине июля.
Кто требовал запрет
Ранее восемь государств ЕС — Германия, Польша, Румыния, Латвия, Литва, Эстония, Финляндия и Швеция — призвали ввести запрет на въезд для тех, кто воевал в составе вооружённых сил государства‑агрессора. По их мнению, такие лица представляют угрозу внутренней безопасности в связи с преступной и экстремистской деятельностью, гибридными операциями и прочими рисками. Также отмечалось, что в боевые действия могли быть направлены десятки тысяч заключённых из российских тюрем.
