Зорькин поддержал бессрочные антикоррупционные иски прокуратуры — механизм деприватизации

Председатель Конституционного суда объявил коррупцию «конституционным деликтом» и заявил, что антикоррупционные иски прокуратуры не должны подпадать под обычные сроки давности — шаг, усиливший практику изъятия крупных активов.

Председатель Конституционного суда Валерий Зорькин поддержал механизм бессрочных антикоррупционных исков прокуратуры, который стал одним из ключевых инструментов перераспределения собственности в последние годы. В докладе к 35‑летию суда он охарактеризовал коррупцию как «конституционный деликт», угрожающий самим основам государственного строя.

По позиции суда, коррупция не является обычным правонарушением: она ослабляет действие Конституции и законов, подрывает доверие к государству и представляет угрозу суверенитету. В связи с этим, по мнению Зорькина, на антикоррупционные иски прокуратуры не должны распространяться стандартные сроки исковой давности.

Зорькин отметил, что типичные трёх- и десятигодичные сроки не позволяют учесть скрытый характер и способность к маскировке коррупционных схем, поэтому возможность подачи таких исков следует оставить бессрочной.

Это заявление прозвучало на фоне обсуждения законодательства о сроках давности по делам о деприватизации: при работе над проектом предусматривалось установить предельный срок — до десяти лет с момента нарушения права. Однако в нём уже содержались исключения: ограничения не распространяются на антикоррупционные иски, дела об экстремизме и споры, связанные с владением стратегическими предприятиями — категории, которые зачастую служат основаниями для изъятия крупных активов.

Какие активы отошли государству

  • макаронная фабрика «Макфа»;
  • аэропорт «Домодедово»;
  • склады в портфеле Raven Russia;
  • автосалоны сети «Рольф»;
  • Челябинский электрометаллургический комбинат;
  • золотодобывающая компания «Южуралзолото»;
  • зерновой трейдер «Родные поля»;
  • порты Мурманска, Калининграда и Петропавловска‑Камчатского;
  • активы агрохолдинга «Русагро», связанные с бывшим сенатором, оценившиеся более чем в 500 млрд рублей.

По оценкам, через подобные механизмы государству перешли активы общей стоимостью примерно 6,5 трлн рублей, причём многие предприятия ранее принадлежали бизнесменам, совмещавшим предпринимательскую деятельность с госслужбой или работой в окологосударственных структурах.