Александр Лукашенко рассказал, какой он видит «большую сделку» с США. По его словам, политзаключённые и санкции — лишь незначительная часть возможных договорённостей. Эксперты объясняют, на что в действительности рассчитывает белорусский лидер в возможных переговорах с Дональдом Трампом.
В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с Соединёнными Штатами ведутся уже давно. Он подчеркнул, что личная встреча с Дональдом Трампом не является для него самоцелью: по его словам, важно не просто пожать руку, а подготовить переговоры таким образом, чтобы это была встреча двух глав государств с продуманной повесткой.
О том, чего именно Лукашенко ожидает от «большой сделки» с США, эксперты высказали разные, но во многом пересекающиеся оценки.
«Политзаключённые и санкции — это мелочь»
Лукашенко заявляет, что рассчитывает на подготовку к визиту в США специального соглашения между Минском и Вашингтоном. По его словам, это не должно выглядеть как встреча «вассала с императором», а переговоры он стремится вести как руководитель, который отстаивает интересы собственной страны и народа. Он утверждает, что Беларусь якобы готова к сделке, но её нужно оформить так, чтобы она отражала интересы обеих сторон.
По словам Лукашенко, ошибочно считать, что США интересуются лишь освобождением так называемых политзаключённых в Беларуси в обмен на снятие санкций. Он называет тему заключённых и санкционного давления «мелочью» и утверждает, что есть гораздо более широкая повестка, которую он хотел бы включить в «большую сделку».
«Пик политической карьеры»
Бывший белорусский дипломат и глава Агентства евроатлантического сотрудничества Валерий Ковалевский считает потенциальную поездку Лукашенко в США событием исключительной важности. По его оценке, полноценные переговоры с американским президентом могли бы стать своеобразной вершиной политической биографии белорусского руководителя, поскольку ранее подобных форматов диалога с Вашингтоном не было.
Ковалевский обращает внимание и на контекст, в котором сегодня находится Беларусь. По его словам, сохраняется угроза суверенитету и независимости страны, продолжается война, а Россия, по различным сценариям, может пытаться глубже втянуть Минск в военное противостояние не только с Украиной, но и с государствами Запада. В такой ситуации Лукашенко стремится использовать возможный визит в США для защиты собственных интересов, которые в первую очередь связаны с сохранением личной власти. Однако для этого, замечает эксперт, ему приходится учитывать и вопрос укрепления суверенитета Беларуси.
Политолог Валерий Карбалевич убеждён, что Лукашенко заинтересован во всём комплексе последствий, включая снятие американских санкций и заключение экономических сделок, например, по белорусскому калию. По оценкам эксперта, Минск рассчитывает с опорой на эти договорённости постепенно преодолеть и европейские ограничения, в первую очередь восстановить доступ к инфраструктуре, подобной Клайпедскому порту, через который до санкций шёл транзит белорусских калийных удобрений. Карбалевич также указывает, что для Лукашенко принципиален дипломатический прорыв на западном направлении и де‑факто признание его со стороны западных столиц.
Историк и политический обозреватель Александр Фридман полагает, что под понятием «большой сделки» может скрываться весь спектр шагов по нормализации отношений. Речь, по его мнению, может идти о возвращении посла США в Беларусь, возобновлении прямого авиасообщения и запуске новых экономических проектов. Лукашенко, как считает эксперт, заинтересован в американских инвестициях и пытается использовать обмен освобождения политзаключённых на санкционные послабления как путь к более масштабным экономическим соглашениям.
Лукашенко спешит с переговорами?
Контакты между белорусскими властями и администрацией Трампа длятся уже более года. За это время несколько групп заключённых были освобождены, а часть американских санкций снята, в том числе с белорусских калийных удобрений, национального авиаперевозчика, ряда банков и финансовых структур. Однако обсуждаемая «большая сделка», которая могла бы предусматривать освобождение всех политзаключённых, до сих пор не заключена.
По словам Карбалевича, пока неясно, кто именно тормозит процесс. Переговоры носят закрытый характер, и, как предполагает политолог, при более решительных шагах Минска в части освобождения заключённых динамика могла бы быть иной.
Ковалевский отмечает, что ближайшие месяцы представляются для Лукашенко наиболее подходящим временем, чтобы довести переговоры до финала. Он связывает это с внутриполитическим календарём в США и подготовкой к промежуточным выборам в Конгресс: по мере усиления избирательной кампании у американской администрации может становиться всё меньше ресурса для детального внимания к белорусской теме. При этом, подчёркивает экс‑дипломат, ключевым фактором остаётся способность Минска идти на уступки и компромиссы.
По оценке Александра Фридмана, Лукашенко понимает, что США начали диалог с ним в том числе потому, что рассматривают его как возможный полезный элемент в контексте урегулирования конфликта вокруг Украины. Внешнеполитическая повестка, напоминает эксперт, меняется очень быстро: любое соглашение легко может быть перечёркнуто новым витком международных кризисов — будь то война в Иране, изменение характера отношений между Вашингтоном и Пекином или новая конфигурация контактов между США и Россией. В такой ситуации, считает Фридман, Минску может быть выгоднее ускорить достижение договорённостей, не откладывая сделку на неопределённое будущее.
Ожидает ли Лукашенко гарантий от США?
Карбалевич полагает, что Лукашенко стремится включить в обсуждаемую сделку целый набор политических вопросов. В их числе — своего рода неформальные гарантии со стороны США, что с ним не поступят так же, как с некоторыми другими лидерами, оказавшимися под серьёзным внешнеполитическим давлением. По мнению политолога, белорусский руководитель внимательно следит за тем, как Вашингтон действует в кризисных ситуациях и насколько решительно может вмешиваться, когда считает вопрос принципиальным.
Эксперт напоминает, что практика Вашингтона показывает: при определённых обстоятельствах США готовы к весьма жёстким шагам против нежелательных режимов. Хотя вероятность повторения подобных сценариев в отношении Минска он оценивает как невысокую, сам факт таких прецедентов, по его мнению, серьёзно влияет на восприятие угроз белорусским руководством.
Ковалевский, со своей стороны, считает преждевременным говорить о возможных гарантиях безопасности Лукашенко со стороны США. Он отмечает, что нынешняя система связей Минска в первую очередь завязана на Москву, и Вашингтон вряд ли готов брать на себя столь масштабные обязательства. По его словам, подобные ожидания могли бы оказаться завышенными.
В то же время экс‑дипломат допускает, что в случае успешного заключения сделки и продвижения к нормализации отношений в будущем могут возникнуть и более чувствительные вопросы о гарантиях и безопасности. Однако, добавляет он, Россия вряд ли согласилась бы передать роль главного гаранта режима в Беларуси Соединённым Штатам.
