Решение суда и исковые требования
Арбитражный суд Москвы удовлетворил иск Центрального банка России к Euroclear и присудил компенсацию в размере 18,17 триллиона рублей. В иске ЦБР указывалось на убытки, вызванные санкционной блокировкой суверенных резервов, и заявлялось требование возместить стоимость замороженных средств, заблокированных ценных бумаг и упущенную выгоду.
Процесс проходил в закрытом режиме по просьбе ЦБР. Euroclear возражал против закрытия и заявил о намерении обжаловать решение, считая иск необоснованным.
Почему исполнение осложнено
Большая часть спорных активов находится на специальных «счетах типа С», и взыскание по решениям, вынесенным после 3 января 2024 года, запрещено указами президента РФ. Юристы отмечают, что правовые возможности принудительного исполнения постановления на текущем этапе существенно ограничены.
В теории возможны исключения: например, ЦБ мог бы попытаться взыскать средства с корреспондентского счёта Euroclear в НРД при условии внесения соответствующих изменений в президентский указ. Однако представители Минфина заявляли об отсутствии таких планов и обсуждений.
Варианты ответных мер и их последствия
Отдельно рассматривается опция изъятия активов со счетов типа С в рамках специальных встречных экономических мер в ответ на возможную конфискацию российских суверенных активов за рубежом. Эксперты указывают, что совокупный объём таких средств может быть сопоставим с размером заблокированных резервов.
Перспективы исполнения за пределами России
Для принудительного исполнения решения потребуется признание его в иностранных юрисдикциях, что сопряжено с серьёзными трудностями. В ЕС действуют запреты на признание и исполнение российских судов в контексте санкций, а также механизмы защиты европейских компаний от исков в третьих странах.
Юристы отмечают, что российское решение может использоваться как инструмент давления на Euroclear и учитываться при оценке рисков компании, включая влияние на кредитный рейтинг. Попытки взыскания активов в дружественных юрисдикциях (например, ОАЭ, Гонконг, Казахстан) также встретят практические и правовые препятствия, включая давление со стороны ЕС.
Euroclear со своей стороны заявляет, что такие иски не признаются в рамках законодательства ЕС и не отражаются на его финансовом положении.
Итог
Решение московского суда создаёт формальное обязательство внутри РФ, но его практическая реализация ограничена как внутренними правовыми барьерами, так и международными ограничениями. В то же время вердикт отражает реакцию на риск изъятия российских активов за рубежом и становится частью юридического противостояния в условиях санкций.
